Некрасова знакомься с неизвестной любви читать

Book: Потерянный дом, или Разговоры с милордом

некрасова знакомься с неизвестной любви читать

Имелось, по-видимому, в виду что-то из неизвестной мне области теоретической физики. . черновиков, и на обороте у меня текст диссертации на соискание А может быть, это закон жизни: любовь всегда несчастна и всегда приходит слиш «Знакомься, Абрам, это моя жена Сара». — «А где у. Нет, не читал и читать не собираюсь. .. Наши кооператоры пишут по вопросам пола, любви, дружбы; много операцию, заставит бедных милиционеров искать неизвестного ночного пассажира на холоде нет! Знакомься, господин Лоренс Стерн, – произнес Мишусин. – Впрочем, вы знакомы. Любить без условий, растить без усилий | Нина Некрасова, Заряна Некрасова | страница 20 | haiprofemam.tk - читать Ребёнок приходит в мир как в совсем Неизвестное Место. А природа требует: «Двигайся, знакомься , учись!».

Евгений Викторович смиренно подал ее девице. Та выругалась непечатно чего уж тут стесняться! В это трудно поверить. Впрочем, если вы думаете, что Евгений Викторович и его партнерша любовница, возлюбленная тут же разошлись, чтобы никогда больше не видеть друг друга, то глубоко ошибаетесь.

Потом они пили кофе, и еще немного вина, и ели сыр, и целовались уже несколько устало, так что Евгений Викторович почувствовал себя обязанным что-то предпринимать и уже хотел начать все сначала то есть не хотел Словом, все кончилось хорошо. Короче говоря, они вышли из мастерской ночью, поймали такси с зеленым огоньком — их в тот час много было на пустынных улицах; они охотились за пассажирами так же, как днем пассажиры охотились на них, и Евгений Викторович отвез особу домой к мужу, как ни странно!

Муж был убежден, что жена явилась с ночного дежурства на электронно-вычислительной машине очень долго объяснять, что это за машины и зачем они нама то, что от нее по приезде слегка пахло вином, так это не секрет тем более, для мужачто на службе да еще в такое позднее время всегда найдется повод, чтобы выпить.

Мы никогда не проверяем своих жен, милорд. Вот вы меня все время перебиваете, простите, а мне важно рассказать, что же случилось, когда Евгений Викторович приехал домой.

Но сначала о непредвиденной задержке. У нас в городе очень много мостов, которые по ночам разводятся. Время разводки мостов точно известно, оно вывешено на специальной синей табличке при въезде на него, однако о разводке забывают и она всегда оказывается некстати. Евгению Викторовичу нужно было попасть из центра в один из новых районов города, в северной его части, для чего следовало миновать Дворцовый мост. И вот он оказался разведенным. Какое это необыкновенное зрелище, милорд!

Дворцовый мост разводится посредине, так что створки разводящейся части встают на дыбы и оказываются высотою с десятиэтажный дом. Мост будто кричит разверстым ртом, но звук так низок, что его не воспринимает ухо. Такси остановилось в стаде других машин, ожидающих, когда мост сведут, и Евгений Викторович вышел из машины, чтобы поближе посмотреть на.

Демилле остро чувствовал всякие деформации пространства, это было профессиональное. У парапета дежурил молоденький сержант милиции; он расхаживал туда-сюда, опустив уши шапки-ушанки и озабоченно поглядывая на урчащие автомобили, не выключавшие своих моторов, чтобы те не замерзли. Баржи неторопливо ползли по Неве, отражаясь в ней зелеными и красными искорками. Демилле неудержимо потянуло к упиравшимся в небо огромным створкам, а в голове вдруг зароились варианты преодоления водной преграды: В общем, что-то такое пьяно-романтическое.

Он ступил на мост, но был остановлен милиционером: Он ведь вон какой прочный! Демилле ступил обратно, но в машину не пошел. Что-то раздражало его, сидела внутри какая-то заноза, царапающая душу, а почему — Евгений Викторович не понимал. Вряд ли это были царапины совести, поскольку ночные его приходы домой последнее время были не в диковинку; Демилле уже убедил себя превыше всего ставить собственную свободу, то есть ставил ее над совестью, хотя и не без труда.

Но сегодня ощущались тоска и тревога, прямо-таки собачьи тоска и тревога, как у подброшенного под чужие двери щенка. Караван барж между тем, миновав Кировский мост, вышел на широкий простор Невы у Петропавловки и, выгибая огни в плавную дугу, потянулся к Дворцовому мосту. Евгений Викторович поднял воротник, засунул руки в карманы плаща, но тут же их выдернул — карманы были липкими от засохшего пива — и, задрав голову вверх, принялся всматриваться в звезды. Холодные их иголки, продутые небесными ветрами, кололи глаза; слезы наворачивались, дрожа на ресницах, набухали Если бы светящийся объект был меньше и не имел столь явной прямоугольной формы, Евгений Викторович предположил бы, что наблюдает искусственный спутник совершенно нет времени объяснять, милорд, вы уж простите!

Конечно, Евгению Викторовичу тут же пришла мысль о летающих тарелках. Возникает непреодолимое желание видеть в них летающие корабли наших братьев по разуму, пришельцев из иных миров, якобы интересующихся нашей жизнью и облетающих с этой целью пространства планеты. Должно быть, дела, недостаток знаний Быть может, больше здравого смысла?. Но мы заметили, мы ведем пристальные наблюдения, научные познания наши столь обширны, что позволяют пускаться в головокружительные экскурсы к иным мирам.

Мы хотим общаться с нашими братьями! Заметьте, общаться друг с другом нам уже не хочется. Возьми нас на другую планету, где уже все построили, все преодолели Скафандры, ядри их душу И мы верим в это, милорд. Верил и Евгений Викторович. То есть не то чтобы верил безоговорочно, но хотел верить, верил половинчато, сомневался.

С одной стороны, будучи по профессии архитектором, следовательно, человеком точного знания, он понимал, что существуют или должны существовать вполне научные объяснения НЛО, а разговоры о гуманоидах — досужая обывательская болтовня.

Но с другой стороны, будучи архитектором и по призванию, то есть принадлежа отчасти к искусству, он обладал художественным воображением и желанием выйти за пределы зримого опыта, воспарить к заоблачным сферам, где — чем черт не шутит! Он бы поверил и вполне, если бы сам хоть однажды наблюдал нечто подобное. Но, как назло, ни миража, ни иллюзии, ни загадочного отражения или блика ни разу не встретилось на пути Евгению Викторовичу, посему он более склонялся к скучному, но непогрешимому материализму.

И тут, узрев в небе светящийся предмет, Демилле, подогреваемый остатками вина в организме, внезапно вскрикнул и потерял дар речи. Он лишь тыкал кулаком в небо, чем обратил на себя внимание сержанта. Прямоугольник погас, будто там, на космическом корабле, повернули выключатель, и в это мгновение острая игла боли пронзила сердце Демилле, он схватился за левый бок, охнул и оперся на парапет. Непонятная нежность и жалость сделали его тело податливым, безвольным и легким, словно оборвалось что-то в душе.

Однако это продолжалось лишь секунду. Демилле по обыкновению перенес жалость на себя, подумал с отчаянием: Он сгорбился и уже не смотрел в небо, а взглянул внутрь себя, где тоже была ветреная холодная ночь и ни одна звезда не горела. Сержант между тем, безуспешно обозрев небесные сферы, не на шутку рассердился. Он вообразил, что подвыпивший незнакомец разыгрывает его, смеется, гуляка проклятый, а ночь холодна, и смена не скоро, и затыкают им по молодости самые собачьи посты Не то сейчас наряд вызову, отправлю куда надо!

Демилле покорно отлепился от парапета и поковылял к машине. Сперва он ткнулся не в ту, и его обругали, затем увидел, что его обеспокоенный водитель призывно машет рукой, и побрел к своему такси, бережно неся внутри жалость и размягченность. Вздыбившийся мост медленно осел, сержант открыл движение, и стая таксомоторов ринулась на Стрелку Васильевского острова, с наслаждением шурша покрышками по занявшему свое привычное место асфальту. Демилле устроился на заднем сиденье и сжался в комочек, лелея свою грусть.

Он любил эту грусть — она его возвышала, делала значительнее, имела даже оттенок благородства, а сам краем уха ловил доносящиеся из динамика радиотелефона ночные переговоры водителей. Как вы славно включаетесь в наш век! В сущности, меж нами нет той пропасти, о которой любят говорить Это все условия игры, которые легко принять, в то время как суть человеческая мало изменилась, что и позволяет нам отлично понимать друг друга. Радиотелефон хрипел и трещал.

Откуда-то издалека, словно из космоса, пробивались голоса водителей, выкликали диспетчера, перешучивались. Под эти фантастические ночные разговоры в эфире Евгений Викторович задремал, откинувшись головою на сиденье, и сквозь дрему отмечал, как проносятся мимо улицы и дома: И лишь только сон скрыл от Демилле виды ночного города — и цепочки огней, и тревожные мигающие желтые пятна светофоров — и начал заменять их совсем иными видениями, как раздался скрип тормозов, такси прыгнуло в сторону, точно всполошенный заяц, а перед капотом метнулась серая легкая тень.

Водитель, стиснув зубы, выскочил из машины, догнал серую человеческую фигурку — то была старушка в пуховом платке; она часто и мелко крестилась и остановил ее за плечо.

Или слышала, но не понимала. Она продолжала мелко осенять себя крестом, точно на нее напала трясучка. Губы ее шевелились и повторяли: Спаси и помилуй, свят-свят! Водитель махнул рукой, и старуха провалилась в ночь, как летучая мышь. Надо сказать, что Демилле тоже выскочил из машины, когда увидел страшные глаза водителя и понял, что тот готов убить несчастную старушку. Он приблизился к месту происшествия и с облегчением заметил, что пыл водителя угас, старушка невменяема и бормочет бог весть.

Еще секунда — и она скрылась в подворотне. Острый кончик развевающегося за нею пухового платка лизнул кирпичный угол и навеки исчез из жизни Евгения Викторовича. Когда вновь заработал мотор, а вместе с ним и динамик радиотелефона, водитель и Демилле услышали, что в эфире творится нечто невообразимое. Два или три голоса, захлебываясь, о чем-то рассказывали, но о чем — понять было невозможно, потому как диспетчер, позабыв о хладнокровии, кричала со слезой: Демилле удалось установить, что какого-то водителя, Мишку Литвинчука, чуть не раздавило.

Что-то там такое произошло в ночном городе, сдвинулось или осело, а может, почудилось Водитель выключил радиотелефон, и Евгений Викторович снова погрузился в дремоту. Демилле сонной рукою сжимал в кармане липкие ключи от дома; водитель вновь включил радиотелефон и повторял в микрофон: Она и возникла вскоре: Демилле встрепенулся и взглянул на счетчик.

Там значились цифры Он сунул руку в карман плаща, опять испытав легкое отвращение, и достал слипшуюся от пива мелочь. Беглый взгляд на нее определил, что, слава Богу, хватит! Только тут он посмотрел за стекло и сказал: Они уже ехали мимо этого второго садика. Никакого следующего дома за садиком не наблюдалось.

Журнальный зал: Нева, №2 - Игорь Ефимов - Неверная. Ее дневник и письма

Он выскочил из машины, причем водитель тут же распахнул свою дверцу и вышел тоже, опасаясь, по всей видимости, соскока. Демилле сделал несколько шагов по асфальтовой дорожке и вдруг остановился, опустив руки, да так и замер, вглядываясь перед собою. В вашем романе, милорд! Смиреннейше припадаю к вашим стопам. Вырвавшиеся у меня слова — не более чем авторская амбиция. Знаете, пишешь, пишешь — да вдруг и почувствуешь себя Господом Богом, Творцом, так сказать Но ничего, это ненадолго Всегда есть кому поставить тебя на место.

Поэтому, раз я решил следовать вашим традициям, ничего не будет удивительного в том, что повествование мое приобретет сходство с лоскутным одеялом. В лоскутных одеялах есть своя прелесть: Настоящее лоскутное одеяло шьется из остатков, накопившихся в доме за долгие годы: Да здравствует лоскутное одеяло!

Это совсем не то, что расчетливо накопить денег, расчетливо пойти в магазин и там расчетливо купить десять сортов материи, чтобы сшить лоскутное одеяло. Жизненные впечатления наши — суть лоскуты Евгений Викторович в настоящий момент получает внушительный лоскут страха и отчаяния, а мы в это время занимаемся легкой и приятной болтовнейони накапливаются как Бог положит на душу, неравномерно, случайно, хаотично.

Однако, намереваясь сшить из них лоскутное одеяло романа, мы будем тщательно заботиться о том, какие лоскутки с какими соседствуют — по фактуре, по цвету О чем вы говорите? О его композиции и свойствах, способных согреть душу читающему и усладить его взор. И, чтобы приблизить вас к нему, я продолжу рассказ, а заодно познакомлю еще с одним героем. Дети четы Завадовских давно встали на ноги, и теперь с ними жила собачка — фоксик Чапка, сучка восьми лет, беловато-серой масти.

Валентин Борисович и Клара Семеновна были цирковыми артистами на пенсии. Клара Семеновна умела стричь пуделей, а Валентин Борисович бесподобно готовил собачьи супы, так что в квартире Завадовских постепенно образовалось нечто вроде пункта питания окрестных собак, который временами трансформировался в собачью парикмахерскую. Разумеется, собаки обслуживались не бесплатно, но и не слишком дорого; во всяком случае, кооператоры из нашего дома и трех точечных, что стояли напротив, были рады отчислять из своей зарплаты кое-какие суммы в пользу Завадовских, лишь бы любимые и весьма породистые!

Подрабатывали супруги и торговлей щенками-фоксиками, которых ежегодно приносила неутомимая сучка Чапка, но это уж сущая мелочь Соседи по лестничной площадке, конечно, были не в восторге, но Какие соседи и когда были в восторге от своих ближних, живущих за стенкой?

Только на кладбище соседи не ссорятся между собою. Валентин Борисович был ростом мал, худ и похож на мальчика с длинным повисшим носом, а Клара Семеновна, напротив, походила на тыкву, разве что складочки располагались не по вертикали, а горизонтально. Характер у нее был громкий и общительный, тогда как у ее супруга — тихий и робкий. На этом несоответствии строилась не только семейная жизнь Завадовских, но и комизм циркового номера, когда они крутили педали каждый своего колеса, но в последние годы комизма никакого не получалось, и маленький сухонький Завадовский все чаще был выметаем из квартиры мощным дыханием супруги, чтобы без устали колбасить по магазинам, или по знакомым-клиентам, или в поисках шампуня для собак.

Чапку тоже всегда выгуливал Валентин Борисович, причем в порядке вещей были ночные выгулы, когда он, проснувшись среди ночи от храпа Клары Семеновны и будучи не в силах заснуть вновь, цокал зубом, отвернувшись от своей половины, и сразу же слышал легкое и звонкое клацанье когтей Чапки, спешившей по паркету на зов хозяина. Лифт работал и ночью, но в поздние часы Валентин Борисович лифтом не пользовался никогда, опасаясь шумом его моторов обеспокоить соседей.

некрасова знакомься с неизвестной любви читать

Вот и в описываемую нами ночь, часа в три или около того, когда все дома на улице Кооперации погружены были во мрак, Валентин Борисович, как всегда, в пальто, накинутом на бежевую в полосках теплую пижаму, без шарфа, но в шляпе, вышел, сопровождаемый Чапкой, из подъезда и глотнул ночной весенний воздух. Ряды темных окон отливали глубокой синевой, лишь высоко над четвертым подъездом, на девятом этаже, слабо светился желтый прямоугольник — то ли ночник там горел, то ли свеча.

Скорее, все же свеча, потому что окно едва мерцало, будто от колеблющегося огонька, и этот неверный свет вдруг породил у Валентина Борисовича мгновенную тревогу, которую он тут же подавил, ибо для нее не было никаких решительно оснований. Надо сказать, что и собачка вела себя беспокойно Следовало бы обратить на это внимание, но Завадовский нагнулся, поднял Чапку на руки и зашагал через улицу к площадке, окруженной кустами и деревьями — голыми в это время года.

Там он опустил Чапку на землю, фоксик шерстяным клубочком покатился к кустам, принялся обнюхивать стволы, потом присел на задних лапках Как я раньше не подумал? Валентин Борисович, боязливо оглянувшись, зашел за трансформаторную будку, что находилась рядом с площадкой, так, чтобы из окон дома, не дай бог, не смогли его увидеть кого он боялся? Нет, она признавала, что поступила несколько опрометчиво, выбежав перед машиной, но куда этот лось безрогий так гнал?!

Да и её вины в случившемся не было — нужно быть более внимательным, тогда не пришлось бы экстренно тормозить. И вообще, кто его учил таким образом объезжать препятствие по гололеду?! Похоже, водитель каким-то образом почувствовал эманации зарождающегося бунта, потому что покинул салон и приблизился к замершей со стиснутыми в кулаки ладонями девушке.

Выпей пару глотков, сразу согреешься. Не хочется терять время и завозить тебя потом в больницу, - парень плотнее запахнул теплую куртку. Сергей, - руки в знак приветствия он не подал, да и вообще предпочел самоустраниться. Но прежде, чем возобновить сей достойный труд, она на секунду задумалась.

Если продолжить теми же темпами и методами, они имеют все шансы застрять тут до утра. Почему-то простая мысль о привлечении помощи извне посетила её только. Но теперь она решила действовать по науке — сначала протоптать дорожку вокруг машины, чтобы снег не засыпал уже откопанные горизонты. Быстренько нарезав один круг, она приготовилась к повторению сего спортивного подвига, но второй раз немного отклонилась от траектории, ухнув в замаскированную яму по самый пояс.

Все случилось так неожиданно, что девушка успела только ахнуть, враз став похожей на бабу на чайнике — широкая юбка задралась и прикрыла плотным шерстяным облаком близлежащие сугробы, а плотные колготки стали единственным препятствием, спасшим Инну от контакта особо нежных участков её организма с жестокой действительностью. Она хватала воздух ртом и пыталась придумать, как бы вырваться из этой западни — плотный снег удерживал жертву не хуже болотной трясины, как внимание девушки привлекли странные звуки.

Если бы она не была уверена, что они тут наедине с Сергеем, поклялась бы, что в непосредственной близости кто-то душит больного астмой жеребца. Во всяком случае, сиплое ржание, перемежающееся непонятным всхрапыванием рисовало в женском воображении именно такую картину. Оглянувшись в поисках притаившегося живодера, она заметила только своего нового знакомого, всхлипывающего от смеха рядом с открытой водительской дверцей. Но выскочить неожиданно не получилось — злополучная юбка, которую Инна в сердцах пообещала извести на половые тряпки, вновь совершенно предательски попалась под ноги, потому бесшумная атака захлебнулась, не успев начаться.

Сергей, заметив, наконец, девушку с перекошенным лицом и сжатыми в кулаки руками, миролюбиво предложил: Только перед тем, как садиться, снег из трусов вытряхни. Да кем он себя вообще возомнил, нашелся тоже Барри [2]… Только оказавшись внутри просторного темного салона, пахнущего все теми же сигаретами и хвойным ароматизатором, девушка поняла, до какой степени замерзла.

Даже вынужденная трудовая повинность не сильно помогла, и теперь, оказавшись в относительном тепле, Инну заколотил озноб. Первым делом она избавилась от душащих объятий сумочных ремней и сразу почувствовала себя не старой клячей, годной разве что только на колбасу, а вполне даже человеком. Воровато выглянув на копошащегося на улице Сергея, девушка торопливо расшнуровала ботиночки и попыталась размять заледеневшие пальцы ног.

Те не соглашались гнуться и на полном серьезе грозились вот-вот отвалиться. Перед лицом такой опасности ей даже стало как-то все равно, что ещё несколько минут назад владелец машины виделся законченным маньяком-извращенцем какой нормальный насильник поедет выслеживать жертву в безлюдном лесу? Снимались они крайне неохотно, но Власова была упорна в своем нежелании отморозить ноги, потому победа осталась на её стороне.

Временно отложив их в сторону, девушка начало торопливо разминать и растирать заледеневшие конечности, кожа на которых от интенсивного массажа сразу загорелась огнем.

Эх, ещё бы спирта… Как нарочно, на глаза попалась та самая фляжка, которую настойчиво совал Сергей совсем недавно. Конечно, пить неизвестно что из его рук она не станет, вдруг там какая-то дрянь, типа клофелина, а вот на растирание вполне сойдет. Щедро плеснув колдовства, только не в хрусталь, а на собственные подставленные ладошки, Инна начала разминать пальчики, обильно сдабривая их продуктом, которым так гордятся жители провинции Шарант. Поплывший по салону аромат с орехово-фруктовой ноткой, тем не менее, нисколько не вызывал желания попробовать янтарный напиток, размазываемый по бледной, как и у всех рыжеволосых, коже.

Спустя несколько минут такого растирания пальчики начали шевелиться, а Инна — медленно косеть. Витавший в воздухе концентрированный коньячный дух согрел не только снаружи, но и изнутри, даже пить не пришлось. Сергей же тем временем, отыскав утраченную было лопату, продолжал трудиться в поте лица, проклиная все и вся — не полностью восстановившийся после бронхита организм работать отказывался, дыхание сбивалось, а грудь периодически раздирал противный навязчивый кашель.

Мельком посмотрев на окна своей машины, парень замер в странном скособоченном состоянии — на спинке водительского кресла отчетливо виднелась чья-то голая нога, перекинутая с заднего сиденья.

Ну, кому она принадлежит, Серега, конечно, догадывался, но какая нужда расставила это чудо-юдо по имени Инна так раскорячиться — не представлял. Может, нашла фляжку со спиртным и теперь в пьяном угаре решила станцевать канкан, не выходя из автомобиля? Но за прошедшие десять минут ужраться до такого состояния практически невозможно, а, судя по тому, как девушка реагировала на его шутки, хорошие манеры ей прививали долго и довольно успешно.

Инна уже закончила с согревающими процедурами и теперь пыталась нащупать уроненные между сиденьями колготки, когда дверь машины распахнулась, и по обнаженным ногам интимно скользнул ледяной ветерок, от которого мурашки не только появились, но и забегали всей толпой. Подняв глаза, девушка увидела своего спасителя, который как-то излишне плотоядно рассматривал её коленки. Прежде чем она успела снова утвердиться во мнении относительно его полной неблагонадежности, парень тяжело вздохнул и, не сводя взгляда с её голени, обреченно прошептал: Почти пятьсот евро за бутылку.

Теперь и Инна с некоторым ужасом рассматривала свои ноги. Нет, она выросла в довольно обеспеченной семье, но покупать такой алкоголь считала признаком душевного нездоровья. Сергей выглядел настолько несчастным и обездоленным, что Власова почти созрела для разрешения дать облизать свою пятку, но тут проснулась дремавшая ранее девичья честь, заставившая торопливо натянуть подол, закрывая вид на бледные прелести.

А, ладно, теперь уже без разницы, - Сергей, похоже, внутренне смирился с очередным преподнесенным Инкой сюрпризом. И окна открой, а то в салоне выхлоп такой, что первый же ДПС-ник прицепится… Торопливо натянув колготы и чертыхнувшись про себя, потому как сделала это задом наперед, Власова последовала распоряжению хозяина брички и, оставив салон проветриваться, выползла наружу. За это время ничего не изменилось, разве что капот машины теперь просматривался вполне отчетливо.

Инна не решилась и дальше действовать парню на нервы — они могут и кончиться, потому торопливо засеменила вслед за этим потомком Сусанина, стараясь на отклоняться ни на сантиметр от проторенной мужчиной дорожки. Один раз уже нырнула в ямку, хватит, тем более, что коньяк кончился, второй раз растереться будет уже нечем. Огромные ели с ветками расставались крайне неохотно, потому прежде чем получилось худо-бедно оторвать хотя бы одну, оба незадачливых лесоруба успели перепачкаться в смоле, а Инке ещё и пришлось рыться в сугробе, разыскивая оброненную варежку.

В несколько заходов, окончательно согревшись и упарившись, они все в том же почти миролюбивом молчании натаскали растительности и приступили к вызволению внедорожника из кювета. Тяжелая машина выталкивалась крайне неохотно, и на это пришлось потратить ещё почти полчаса, но, наконец, все четыре колеса встали на то, что официально называлось асфальтом, на деле же представляло собой смешанные в разных пропорциях снег, песок, щебень и мизерное количество битума.

К концу операции и Сергей, и Инна уже были без сил, совершенно мокрые и уставшие настолько, что никак не прореагировали, даже когда позвонил диспетчер из службы эвакуации, предупредивший об отправке к ним освободившейся чуть пораньше помощи. Мужчина просто отключил телефон и повернулся к Инне, уронившей голову на подставленные ладони, примощенные на передней консоли.

А, ладно, главное сейчас — добраться домой. Так машину-то вытолкали, - парень не совсем понял причину такого возмущения. Ума это не прибавило, да и проблем тоже не решило, но хотя бы чуть-чуть душу отвела.

Ремень пристегни, - как только девушка последовала его совету, противный тонкий писк тут же прекратился, и дальше они поехали в благословенной тишине. Вот тебе и близость к городу… - Трос есть? Инка крайне неохотно выбралась из теплого, пусть и немного благоухающего алкоголем и сигаретами салона, зябко передернулась от стужи и полезла инспектировать багажник своего авто.

Минут через десять интенсивной осады, в ходе которой стучать пришлось не только кулаками, но и ногами, ворота распахнулись, и в проеме показался отчаянно зевающий парень лет двадцати, на половине лица которого отпечатался сканворд, на котором, видимо, и прикорнул этот Левша. Да и вообще — зверски уставшая. Ехала-ехала, а потом встала и не заводится, - она не знала, как ещё можно описать симптомы произошедшего, искоса наблюдая за Сергеем, оставившим её разбираться с ремонтниками и отвязывающим буксировочный трос.

Через минуту оттуда показалась ещё одна зевающая и почесывающаяся личность, как две капли воды похожая на первую. Занятая наблюдением за этим действом, она даже не сразу поняла, что уже некоторое время не видит Сергея. Оглянувшись по сторонам, девушка поняла, что герой не стал ждать благодарности — его автомобиля уже нигде не.

Клуб ценителей издательского процесса | ВКонтакте

Похоже, что парень счел свой долг, как водителя, выполненным, оттащив её на сервис. На секунду Инна даже пожалела об этом — все-таки, хотя он и вел себя немного по-свински, но ничего ей не сделал, даже помог, в конце концов. Но предаться горьким думам ей не дали — один из слесарей, вынырнув из ямы, как мелкий бес из Геенны Огненной, начал ругаться страшными словами, из которых девичий слух выхватил только несколько знакомых слов.

Может, и все три займет… - механик с некоторым сомнением оглянулся на её машину, и девушка поспешила оформить все бумаги, пока её не сделали безлошадной на неделю. Вон, за вами уже и такси приехало. Сказано это было с таким видом, что Власова сразу поняла — как только она покинет мастерскую, слесари отправятся досыпать, а уж утречком, хорошенько отдохнув… Но альтернативы не было, потому, пожелав ребятам плодотворной трудовой деятельности, она подхватила сумки и замерла.

Подозрение, все больше переходящее в уверенность, неприятным холодком пробежало по коже, но проверять его она не стала. Об этом вопиющем факте она думала, не переставая, так глубоко погрузившись в пучины собственного разума и беспросветной тоски, что водителю такси пришлось окликать несколько раз, прежде чем Инка разглядела в окно собственный двор. Торопливо расплатившись и натянув на нос немного кусачий шарф, она метнулась к подъезду, над которым уже несколько недель грозилась вот-вот перегореть тусклая лампочка, не столько рассеивающая своим подслеповатым огоньком темноту, как скрадывающая неровности ступенек.

На них уже сломалась не одна нога беспечных жильцов и гостей дома, но, проведенный после жалоб ремонт, был настолько косметическим, что его результат, выраженный покраской стен в депрессивный грязно-зеленый, облез уже через неделю. Но Инну в тот момент занимали совершенно другие мысли, потому она не отвлеклась ни на стойкий подъездный запах, отдающий тем самым ароматом, с которым безуспешно борются кошатники, ни на подозрительное шевеление возле мусоропровода.

Живущая там крупная крыса пугала не только девушку - даже местные коты не рисковали связываться с этим, внушающим уважение и опаску, зверем, но сейчас Власова прошла в полуметре от угрожающе встопорщившего усы грызуна, не обратив на него внимания. Крыса от такого пренебрежения даже выронила из лапок окаменевшие остатки выброшенного сухаря, который звонко цокнул, отскочив от бетонного пола. Все так же, не переставая размышлять, Инна открыла дверь, разделась и прошла на кухню, где, поставив чайник на плиту, уселась за стол.

Попавшаяся на глаза зарядка от мобильника напомнила об источнике всех бед, но жаба задушила брякнуть новенький смартфон о стенку, потому девушка просто поставила его заряжаться. Обращаться в полицию она не собиралась — смысл, если толком не помнит ни номер машины, ни внешность Сергея. Да и Сергея ли?

Эта кража была настолько вопиюще-бессмысленной, что девушка никак не могла понять — зачем? От множащихся, как саранча на колхозной кукурузе, вопросов, у Инки разболелась голова и потянуло запахом паленого. Исправив это упущение, девушка, глянув на часы, тяжело вздохнула и решила дальше не откладывать неизбежное — самолет из их славного города должен был приземлиться в столице примерно через час, потому пришло время каяться.

Мобильник оттаивал крайне неохотно, и только через несколько минут выдал-таки знакомую многим картинку встречающихся рук. Набрать брату Инна не успела — телефон несколько раз пискнул, уведомляя о количестве пропущенных звонков и сообщений, и девушка в очередной раз поразилась действенности закона подлости — за те несколько часов, пока она была недоступна, её домогалось больше людей, чем за последние пару месяцев. Позвонил даже мальчик, с которым она училась, и видела последний раз на выпускном балу.

Этому-то от неё что нужно? Сообщения от Женьки начинались с жизнеутверждающего: Потом брат прислал фото того, кому, собственно, и надлежало отдать ценность. На экране появилось настолько мутное изображение, что с уверенностью можно было опознать только пол объекта — мужской. Если уж у парня получилась такая фотка просто так, то его паспорт лучше вообще не открывать.

АНАТОЛИЙ НЕКРАСОВ. ЖИВЫЕ МЫСЛИ.

А вот потом Инна прочла то, отчего села там, где стояла, прямо посреди кухни. Меня срочно отправляют в командировку, вернусь через две недели, не нужно никуда ничего везти! Это что же получается, она просто так смоталась ночью в аэропорт, нажила такие приключения, её обворовали, да ещё и все муки были напрасны?!

Злость, которая сейчас полностью завладела девичьим рассудком, немного остудилась пришедшей идеей — нужно за эти пару недель найти того самого Сергея.

Как именно она это сделает, не совсем понятно, но план уже сложился - забрать у него лэптоп пока непонятно какбыстренько починить его ещё раз вспомнив тот беглый осмотр, Инка пришла к выводу, что проще купить новый — помимо перекоса крышки, перед взглядом отчетливо предстала ещё и широкая трещина на корпусе и потом, отдав собственность брату, все-все рассказать.

Ибо, как известно, повинную голову меч не сечет. Составив пошаговую стратегию, девушка немного повеселела. Дел, конечно, много, но теперь она четко знает, в каком направлении двигаться. Полностью окунуться в радость торжества здравого смысла над апатией ей не давал завтрашний зачет.

Точнее, уже сегодняшний — время неумолимо приближалось к трем часам ночи, а у Инны были ещё не разобраны несколько задач. А если учесть, что преподша у них ранняя пташка и проверку знаний поставила на восемь утра, ложиться просто не было смысла… И все же Власова уснула.

Произошло это уже ближе к шести часам, а подушкой послужил все тот же конспект, зато теперь след отпечатавшихся знаний четко выделялся на девичьем лице — через всю правую щеку шел рубец от пружины, скрепляющей листы тетради, так глубоко впившийся в кожу, что был похож на устрашающий шрам.

Только ещё более окрепший мороз не дал Инке попугать прохожих — при минус двадцати пяти замотанные по самые брови личности попадались на каждом шагу, потому девушка безбоязненно скрыла шарфом следы разгульной ночи. Избалованная наличием личного транспорта, она уже несколько подзабыла, как это - стоять одной ногой на ступеньках маршрутки, цепляясь кончиками пальцев за поручень, когда тебе в затылок дышит вчерашним перегаром какая-то сомнительная личность, а в районе коленок ощущается подозрительное шебуршание.

Но, вспомнив что ей предстоит, скисла — похоже, что смертный приговор просто заменили на пожизненное. Коротко кивнув дремлющему на проходной охраннику и сунув в прорезь свою карту-ключ, Власова уныло поплелась в раздевалку. Этот корпус, введенный в строй всего несколько лет назад был гордостью института и, одновременно, его проклятием. Те самые пластиковые ключи терялись через день. Плазменные панели, развешенные в холле, по замыслу руководства, должны были охватывать достижения слушателей, показывая всякие конференции, семинары и КВН, то есть как те самые студиозусы проводят время в труде и отдыхе.

Хотя, примерно это там и демонстрировалось — каждый студик счел святой обязанностью попытаться хакнуть всю сеть и установить там свою программу. Потому, чаще всего на весь холл раздавались латиноамериканские ритмы и хриплые, прокуренные голоса, читающие рэп.

За попытку просветить единомышленников в другой области — новинок порноиндустрии, одну светлую голову уже исключили, после чего, между руководством и мечущейся в надежде найти точку приложения талантам молодежью установилось шаткое перемирие. Заключалось оно в том, что опытные программисты писали все более сложные коды и заградительные кордоны для таких вот виртуальных Кулибиных, а студенты, не покладая пальцев на клавиатуре, все это добро взламывали с угрожающей периодичностью.

Завкафедры ПММ только разводил руками на претензии ректората и предлагал гордиться такими способными учениками. Почему-то проектировщик, замысливший это гениальное сооружение, упорно проигнорировал климатические особенности их региона, и коридор украшали огромные окна от пола до потолка, рядом с которыми даже в самый жаркий полдень тянуло так, что начинали стучать зубы.

Успев увернуться и спасти тем самым правый глаз, подставив щеку, та мельком глянула в тетрадь подруги и не поняла, как она сама разбирает свои каракули — создавалось впечатление, что по листам побегал измазавший в чернилах лапки воробей. Пунктуальность, наряду с на диво дурным нравом, была ещё одной особенностью Стеллы Леонидовны, которую студенты сразу переименовали в Стерву Леонидовну, а потом и просто фамильярно в Стервь.

Сама она приходила точно вовремя, потому не спускала слушателям опоздания даже на несколько секунд. Мысли о вчерашнем происшествии лениво ворочались в голове, как влипшая в варенье муха, не давая о себе забыть, но и не способные полностью разбудить. Ещё вчера Инна поняла одно — либо Сергей полностью двинутый извращенец, которого возбуждают разбитые ноутбуки, либо же он охотился именно за.

Простая истина, что таким образом он мстил за ночное происшествие и нецелевое использование элитного алкоголя, девушка отмела практически сразу — намного проще и разумнее было бы оставить её в лесу, да ещё и дать по шее, чтобы не пугала одиноких водителей.

Сейчас бы поговорить с Женькой и узнать, что там за страшные секреты хранись под корпусом из черного пластика, но брат недоступен, да и рассказывать о ещё неисправленной глупости было бы преждевременно. Конечно, существовал вариант, что он и сам обо всем знает, но тогда получается - Женя сознательно подставлял сестру, а в это Инна поверить не могла, несмотря на всю пакостность братского характера.

Впереди маячила спина преподши, которая, как и все в этой женщине, была монументальной. В прошлом семестре один из студиков параллельной группы пошутил, что бюст Стеллы Леонидовны нужно бы отлить в бронзе, но, увы, не хватит металла. Сдал матан он только пару недель назад, причем, совсем другому преподавателю, ибо, как ни старайся и не глумись, а знала Стервь предмет намного лучше него, потому безжалостно валила на всех пересдачах. Остальная группа рассредоточилась по всей аудитории и притихла, не решаясь подавать признаки жизни.

Стелла Леонидовна опытным взглядом отметила всех, кто уже пытался незаметно разложить шпаргалки, и выдворила первых вместе со вторыми. Инне в этом смысле бояться было нечего — написать шпоры она не успела, потому продолжала дремать, пока перед её носом на столешницу не спланировал листик с заданиями: Впечатлившись речью дамы, которая продолжала бродить между столами, как цапля по болоту, готовая безжалостно карать всех неугодных, народ притих и погрузился в выданные задачи.

То тут, то там раздавалось что-то, подозрительно похожее на тоскливое подвывание или предсмертные хрипы, но Инна, машинально строчила что-то в тетради, отстраненно размышляя, как бы узнать номер машины Сергея. Конечно, был шанс, что слесари его запомнили, но крайне призрачный — стоял автомобиль так, что свет фонаря до него почти не доходил, да и сам мужчина с работягами почти не общался, а когда находился рядом, передвинулся в тень гаражных ворот.

И вообще поведение парня с каждой прошедшей минутой казалось Инне все более подозрительным. Девушка чуть не подпрыгнула от неожиданности, когда Ленка, сидящая сзади, просунула листик со своим заданием под её локоть. Инна воровато оглянулась на Стервь, но та отвлеклась на одного из студентов, убеждавшего преподавателя в такой вопиющей бедности, что калькулятор купить себе не может — вот, приходится пользоваться айфоном.

Быстро набросав схему задачи, девушка вернула лист Ленке, и вовремя — рядом тут же нарисовалась Стелла Леонидовна, возникшая неожиданно, как прыщ на лбу за сутки до дня рождения. Бегло просмотрев решение задачи, Стервь отобрала ещё и листик с заданием и в раздумье забарабанила длинными ногтями по столу. Поставив не верящей в такое счастье Власовой вожделенную закорюку напротив названия своего предмета, Стелла Леонидовна, не дав пожелать удачи оставшимся страдальцам, выгнала Инну, провожаемую завистливыми взглядами, из аудитории.

Оказавшись в пустом коридоре, девушка решила ещё раз попытать счастья, но Женькин телефон упорно не хотел становиться доступным, что Инку пугало все больше — а вдруг все это не случайно, и брат там сейчас сидит в темном подвале, связанный по рукам и ногам?!

Торопливо отогнав от себя это видение, Инна, прихватив верхнюю одежду, уселась в холле под подозрительным взглядом охранника. Но ей было не до тревог блюстителя порядка — обнаружив в сумке маленькую шоколадку, оставленную на черный день и решив, что сегодняшняя действительность как нельзя лучше подходит под это определение, девушка, шурша оберткой, решила составить список версий произошедшего.

Да, план у неё есть, но кто его знает, что этому Сергею нужно на самом деле, так что разум, разбуженный матаном, теперь упражнялся в выдвижении подходящих идей. Через несколько минут у неё уже мысленно был готов сценарий для боевика, сюжет для детективного романа и пара страшилок, которыми можно было бы до мокрых штанов напугать детишек, но к нахождению источника проблем Инка не придвинулась ни шаг, в чем честно себе призналась.

Версия первая — ничего ни с чем не связано, и Сергей упер ноутбук исключительно из вредности и желания отомстить. Но если бы темные замыслы и зрели в его голове, то осуществить их можно было бы куда более нехорошими способами. Они были одни на неизвестно сколько километров вокруг, так что никакие крики о помощи Инку бы не спасли.

Только теперь до девушки дошло, как она рисковала вчера, шатаясь по дороге и кидаясь под колеса. Ладно, кинулась она только под одну машину, но сам факт… Едва не подавившись остатками шоколадки, Власова, не желая сама себя запугать до икоты, перешла ко второй версии. Конечно, брат хоть и трудился в жутко загадочной сфере, но никакими тайными знаниями, переданными ему под покровом ночи, рядом с окном, на подоконнике которого стоит горшок с геранью, явно не обладал.

Да даже если бы по какому-то непонятному стечению обстоятельств они у него и оказались, уж точно не стал бы забывать у неё вместилище вселенских секретов. Конечно, всякое случается, но сомнительно как-то, что столь ценную вещь можно ненароком оставить, запинав по не совсем трезвому делу под кровать… Ладно, с натяжкой можно допустить и такое, а вот дальше, пардон, совсем лажа выходит.

Сергей спер ноутбук специально, более того — именно за ним и охотился. Но тогда получается, что поломка её машины была неслучайной — откуда бы мужчине узнать, в каком именно сугробе Инна заглохнет и будет ждать своего спасителя.

Да и потом, он худо-бедно дал ей разглядеть себя, что тоже ни в какие ворота не лезло. Хотя… Вот пойдет она сейчас в полицию и что дальше? Девушка поморщилась, представив реакцию на свой рассказ о преступнике, поджидающем своих жертв на дороге, по которой проезжают раз в пятилетку и то в случае крайней нужды, ворующим у доверчивых гражданок компьютеры.

Тогда ей светит прямая дорога в ближайшую психушку, вот там её рассказ выслушают с удовольствием. Было что-то в этой думе такое, что не давало просто забыть о сочиненном бреде.

  • Book: Любовь и ненависть
  • Журнальный зал
  • Book: Лешкина любовь

Ощущение можно было бы сравнить разве что с уже зажившей царапиной, которую машинально пытаешься почесать. Вот и теперь какое-то странное почти озарение противно скреблось на периферии сознания, не давая рассмотреть себя поближе. В этот момент кому-то из её будущих коллег все-таки удалось пробить очередную защиту, потому холл огласился брачными криками обезьяны-ревуна.

Мельком посмотрев на панель, висевшую чуть левее, Инка поняла, почему до сей поры мрачный охранник уткнулся подбородком в кулак, симулируя приступ кашля — до этого шла монотонная речь ректора, который с немного замученным видом рассказывал о планах их славного учебного заведения.

Теперь же, когда картинка сменилась, надпись, информирующая о личности оратора, осталась прежней, хотя накал смысловой нагрузки почти не уменьшился, да и рыжий примат, вдохновлено вопящий на верхушке тропического дерева, чем-то неуловимо напоминал руководителя института… И вот тут Инну осенило. Но он и сам об этом не забывал, значит, в доставке ноутбука в аэропорт нет никакого смысла. Ерунда какая-то… - Чего киснешь, пойдем по домам, - Ленка, светящаяся от радости, потому что Стервь все-таки не стала придираться и зачет поставила, помогла Инне завязать шарф, но сделала это с таким энтузиазмом, что подруга немного захрипела от удушья.

Book: Потерянный дом, или Разговоры с милордом

Инка уже открыла рот, чтобы рассказать о своих приключениях, но в последний момент передумала. Если все это не случайность, ещё неизвестно, что будет дальше, а у Ленки грудной ребенок, не хватает только их в это впутать. Потому Власова только отмахнулась: Егорку со свекровью оставила? Поняв тщетность попыток перевести тему, Инна на ходу упростила историю. Теперь получалось, что она, по просьбе брата, должна была отдать его лэптоп другу, но потеряла по пути. Машина сломалась, в аэропорт я опоздала, села на попутку и, похоже, замок на сумке сломался.

Что ноутбука нет, заметила только дома. Теперь вот думаю, как найти того, кто меня подвозил… - А если не найдешь? Мороз ослабел всего на пару градусов и все также ощутимо покусывал за лицо и сбивал дыхание. Небольшое, но яркое солнышко, словно нехотя, поднималось над крышами домов, вызолачивая снег и заставляя его нестерпимо, до рези в глазах, сверкать и переливаться. Дым от труб ТЭЦ поднимался строго вверх, намекая, что потепления в ближайшие дни ждать не стоит. Нахохлившиеся воробьи скакали возле павильона быстрого питания, остервенело чирикая и устраивая драки за брошенные крошки.

Немногочисленные прохожие торопились попасть по месту назначения, спеша убежать в тепло, не было видно даже школьников, у которых как раз заканчивались зимние каникулы. Успев в последний момент запрыгнуть в уже отъезжающий автобус, девушки, торопливо расплатившись с сонным кондуктором, пробежали на заднюю площадку, где ещё были свободные сиденья. Тебе что-нибудь из экзаменов сдавать?

Не завидовала она по той простой причине, что прекрасно знала, сколько сил и времени Инна убивает на учебу. Она и сама раньше старательно тянулась за подругой, но замужество и рождение сына сменило приоритеты, так что теперь Лена радовалась хотя бы тому, что Инка, даже освобожденная от экзаменационной кабалы, все равно старательно готовится вместе с ней, исключительно для того, чтобы объяснить непонятные моменты Елене.

Свидетеля на помощь звать пришлось… - Спасибо на добром слове, - Ленка, заметив, что они уже подъезжают к остановке, вскочила, потянув за собой Инну, которая явно собиралась ввергнуться в пучину отчаяния и депрессии. Искомые ключи, наконец, нашлись спрятанными за подкладку, потому что кое у кого постоянно не доходили руки зашить дырку в кармане.

В отличие от Инкиного подъезда, Ленкин был чуточку светлее и чище, но наскальная живопись, повествующая о присутствовавших тут личностях и ударном эротическом труде некой Светки из двадцать восьмой квартиры, покрывала не только стены и подоконник — даже потолок кто-то использовал, как доску объявлений.

Там красовалась надпись, посвященная все той же Светлане, названной словом, которым русский человек мог выражать все эмоции от крайней степени негодования и апатии до феерического восторга. Миновав пару лестничных пролетов и погремев ключами, хозяйка помещения гостеприимно распахнула дверь: Все убыстряющиеся движения спровоцировал детский вопль, тональность которого постепенно повышалась, отчего Инна даже прикрыла уши ладонями.

Все ясно, Егорка услышал, что мама вернулась, и теперь требовал внимания, заботы и молока. Убеждать каргу, дружно ненавидимую всем подъездом, было бесполезно, потому Ленка поступила гораздо проще — сунула заходящегося в крике сынишку в руки бабке и предложила показать класс, укачав ребенка. Та вызов приняла, но уже через полчаса трусливо ретировалась, практически оглохнув на оба уха — Егор подобной заменой оказался недоволен, что и выразил в таком визге, что и у его родителей потом пару дней наблюдались признаки контузии.

На то, чтобы успокоить, сменить подгузник, накормить, убаюкать, ещё раз сменить подгузник и. С вопросов относительно учебы и общих знакомых общение как-то резко свернуло на Иннину личную жизнь, потому девушка предпочла все-таки рискнуть пока ещё не обретенной вожделенной стройностью и сделать вид, что полностью увлечена пирогом, только бы ничего не рассказывать.

А твои ещё в своей Мексике? Дело в том, что чета Власовых-старших занималась раскопками на территории не то ацтекского, не то ещё какого-то инкского города. Приглашение принять участие в экспедиции пришло весьма кстати — папа Витя планомерно закопался в написание очередной книги, проявляя признаки жизни, только если над его ухом громко и неожиданно заорать. Заскучавшая же за период временного затишья мама Тамара уже несколько дней, подметая пол, с хищным интересом поглядывала на горшок притаившегося в углу фикуса, недвусмысленно поигрывая совком.

Бедное растение от такого агрессивного внимания начало сохнуть и чахнуть на глазах, потому дочь сочла за благо убедить родителей в том, что и без них вполне справится, все-таки, ей уже двадцать один, и проводила в теплые края, благословляя на лишение последнего пристанища очередной местной мумии. Черт, она же цветы уже дней пять не поливала! Мысль была немного несвоевременно, зато здравой.

Это и послужило благовидным предлогом, который Инна предъявила недовольной Ленке, только-только уложившей ребенка спать. Власова всегда с удовольствием возилась с Егоркой, но сейчас не было ни времени, ни настроения. Да и подругу она знала очень хорошо — ещё бы столько лет дружить! Глянув на часы, Инна разочарованно вздохнула, устало вытерев пот со лба влажной тряпкой, которой ещё минуту назад гоняла пыль — через полчаса начнет смеркаться, а шататься зимним вечером, когда ледяной ветер одним своим дыханием заставляет губы лопаться до крови, не хотелось.

Представив реакцию Женьки на свой рассказ, девушка приуныла ещё больше — все-таки, идти придется. Торопливо домыв полы и с трудом распрямив натруженную спину, Инка принялась приводить себя в порядок, но не успела. Надоедливый звон дверного звонка раздался как раз в тот момент, когда она пыталась протиснуться в узкую горловину свитера.

Не вовремя дернувшись, Власова чуть не оставила на плотном трикотажном полотне мочку уха вместе с зацепившейся сережкой. Приглаженные и уложенные до этого волосы послушно встали дыбом, завиваясь мелкими колечками, такими тугими, что за подобный эффект женщины были готовы платить немалые деньги.

Инке же такая шевелюра досталась от природы, с чем девушка воевала без устали и пощады, но временный перевес в сей славной битве был на стороне волос.

Схватив расческу и едва не переломив несчастное пластмассовое изделие, тут же запутавшееся в рыжей копне, Власова метнулась в прихожую, готовая если не загрызть, то хотя бы покусать незваного гостя.

И застыла, продолжая таращиться и забыв закрыть рот. Впрочем, столбняк продолжался недолго, дернув увязшую в волосах расческу так, что аж слезы на глазах выступили, и, перехватив её на манер холодного оружия, девушка распахнула дверь на всю ширину.

Ты в меня ею кинуть собираешься или догнать и зачесать до полусмерти?

некрасова знакомься с неизвестной любви читать

Проходи…те, - решив, что рискует, приглашая его в дом, ничуть не больше, чем оставаясь наедине в лесу, девушка посторонилась и пропустила его в квартиру. Для двоих места там было маловато, потому девушка, пятясь, как рак, оказалась в коридоре, все ещё с некоторой опаской изучая Сергея, словно охотник, сунувшийся под поваленное дерево, преследуя раненого зайца, и обнаруживший там обжитую берлогу с хозяином помещения.

Инна в молчании наблюдала за тем, как незваный гость, который ещё несколько минут назад был зверем, требующим немедленного отлова, снимает куртку. Теперь, при хорошем освещении, она смогла нормально его рассмотреть — обычный парень, довольно симпатичный, высокий и худощавый.

Короче, на каждой городской улице можно встретить кого-то похожего. И лицо приятное — не смазливое, а именно интересное, даже, можно сказать, располагающее. Короткие темно-каштановые волосы, глаза, вроде тоже карие, но так близко и пристально она его не видела, никаких излишеств в виде пухлых губ и ямочек на щеках — те покрывала разве что трехдневная щетина.

Если бы не его пагубная привычка, выраженная в патологической любви к чужим ноутбукам, Инка бы уже засмущалась. Только когда Сергей, повернувшись к ней, с усмешкой и некоторым недоумением посмотрел на её ноги, девушка поняла, почему попе было зябко: Хорошо, хоть свитер был довольно длинным, во всяком случае, летом платьица и покороче носят, но в сочетании с гетрами по колено, чья ярко-сиреневая расцветка немного диссонировала с остальным нарядом, считаться приличным все равно не .